Category: политика

Category was added automatically. Read all entries about "политика".

Ну он дурак. А мы кто?

Интересное дело. Вот немного сместились акценты, и стало очевидным, что Лукашенко - дурак. Злобный тупой дурак. А был ведь батькой, который Москву завоюет, если на нее пойдет.
И никого не смущают эти кульбиты восприятия.
Не, дорогие, дело не в Лукашенках и не в Путиных с его амфорами, стерхами и жопками кота. Дело именно в народе, это у него в мозгах что-то криво. Или же вообще установка, что ширнармассы правы неверна изначально, и нужна не выборная демократия (она и в др. Греции работала через раз), а нечто другое.

Быстро же они, однако...

Премьер-министр Армении Никол Пашинян подписал совместное заявление с главами Азербайджана и России о прекращении военных действий в Карабахе. Об этом он заявил в Facebook.

Подробнее на РБК:
https://www.rbc.ru/politics/10/11/2020/5fa9bad29a79471657ce3e9f?from=from_main_1

Читаем правильно!

Новость:
Лукашенко назвал протесты в стране угрозой "не только Беларуси" и позвонил Путину

Подробнее: https://www.newsru.com/world/15aug2020/callputin.html

Переводим на человеческий: эти протесты угроза не только мне, но и тебе.

Только усатый забыл, что он - ближайший паук конкурент солнцеликого и чувства у того по поводу его падения очень неоднозначные.

ДЕФИЦИТ. Под впечатлением белорусских выборов.

Если чего-то не хватает современному миру - то это честности. Интеллектуальной чистоплотности. Торжествует магическое мышление: нарисованное становится реальностью. И не только в Беларуси, не только в политике. Все, что угодно, выворачивается как угодно, хвост виляет собакой, миром правят заклинания.
Вспоминаю старика Гессе - а ведь он предупреждал! Нам срочно нужна Касталия. Еще вчера нужна.

А РАЗГАДКА ПРОСТА!

При Ленине конституция была, при Сталине конституция была, Хрущев лох, как всем известно. И при Брежневе конституция была, и при Горбачеве ее меняли, и при Ельцине была конституция.
А этот что, рыжий, что ли?!

СКОЛЬ ЧЕРНА НОВОГОДНЯЯ ТЬМА...

…Когда на экране появился Президент, Вера Ивановна и гости, кроме четырнадцатилетнего Владика, встали и взяли наполненные шампанским бокалы. Президента в семье Кузьминых чтили и уважали.

— Владька, встань! Президент же! — Вера Ивановна потеребила подростка за футболку, и тот нехотя поднялся.

Президент молчал.

«Волнуется, наверное», — подумал Александр Павлович, муж Веры Ивановны, отец семейства и человек труда.

Шурин Александра Павловича Михаил нетерпеливо посматривал на запотевшую бутылку водочки. Владька со скучающим видом смотрел в экран сотового телефона, его старшая сестра Нинка пыталась справиться с чрезвычайно сильной и громкой икотой, из-за неудачных попыток надолго задержать дыхание она стала красной и запыхавшейся.

Президент молчал и, не мигая, смотрел на празднующих с экрана телевизора.

Александр Павлович нервно кашлянул. Михаил почесал небритую щеку. Нинка как-то особенно громко икнула.

Президент молчал. Александр Павлович не выдержал президентского взгляда и отвел глаза.

«Неужели в отставку подаст?» — испуганно подумала Вера Ивановна. — «Как Ельцин тогда…» Она даже захотела перекреститься, но в руке был бокал с советским шампанским, и это ее почему-то остановило.

— Ну, чего он тянет-то? — недовольно промямлил Михаил. Ему хотелось водочки, и молчание Президента его начинало раздражать. — Так ничего не успеем…

— Да заткнись ты! — нервно прервал шурина Александр Павлович, — может, война началась!

От такого своего неожиданного предположения отцу семейства стало совсем жутко. Он поставил бокал на стол — аккурат между сельдью под шубой и оливье — и принялся нервно стряхивать с себя несуществующую пыль, стараясь не смотреть Президенту в глаза.

— Косяк какой-то, — хихикнул Владик. — Запись не ту поставили. Надо же так облажаться. Кому-то будет звездец!

Александр Павлович отвесил сыну подзатыльник.

— Звездец — это не мат! — возмутился Владик.

Александр Павлович не ответил.

— А где это он? — спросила Нинка, кивнув на экран. Только сейчас все заметили, что Президент стоит не на фоне вечернего Кремля, а в каком-то мрачном помещении.

«В бункере снимали?» — лихорадочно подумал Александр Павлович. — «Точно война будет. Вот ведь жопа». Воевать Александр Павлович категорически не хотел, а кроме того, боялся за сына.

Президент все так же молчал, и казалось, что ничего говорить он уже не намерен, но неожиданно изображение дернулось, потом на секунду исчезло и появилось вновь. Президент заговорил.

— Дорогие россияне! Дорогие соотечественники! Заканчивается 20… год. Этот год был не простым для вас. Непростое экономическое положение, повышение цен и тарифов, неожиданные финансовые трудности и проблемы, связанные с банковской сферой — все это коснулось почти каждого из вас. Я бы мог сказать, что наступающий 20… год будет лучше, что он принесет нам экономическое улучшение и потерянную стабильность. Но я не буду обманывать ни вас, ни себя…

— Вот сука! — неожиданно возмутился Михаил.

— Дорогие россияне! — продолжал Президент. — На миру и смерть красна! Эта русская народная поговорка ярко и точно характеризует все то, что предстоит вам в ближайшие дни. Я буду краток: 20… года не будет. После моего обращения на всей территории Российской Федерации, включая Крым, начнется Кормление личинок Непредставимого Пхы. Я не буду вдаваться в подробности, скажу лишь, что бежать бесполезно. И я прошу вас принять смерть достойно, подобно тому, как это делали наши предки: Святые благоверные князья-страстотерпцы Борис и Глеб, Иван Сусанин, семья последнего Императора Николая Второго, Александр Матросов и многие другие…

— Чего это он гонит такое? — Владик посмотрел на отца. Александр Павлович, бледный как смерть, механически теребил себя за запястье. Сына он не слышал.

Президент, тем временем, уже заканчивал свою новогоднюю речь. Как и обещал, он был краток.

— Потратьте эти последние часы и дни на общение с родными и близкими, на изучение нашей родной истории, на занятия зимними видами спорта и на посещение Храмов. И помните: вы отдаете вашу жизнь ради великой Цели, что есть подлинное счастье. С праздником.

После последней фразы Президента, празднующие по некой внутренней многолетней инерции подняли бокалы, но чокаться все же не стали. Ясности не было. Зато был отчетливый страх.

Президент исчез с экрана. Вместо него на черном фоне начали мелькать какие-то непонятные белые знаки.

«Двенадцать», — отметила Вера Ивановна, глянув на настенные часы. Но вместо ожидаемого боя курантов из телевизора раздался тревожный набатный звон, а за окном раздались первые душераздирающие крики...


Честно стянуто с просторов.

(no subject)

14658189610990

Что-то я посреди ночи о политике всерьез задумался, причем внешней.
Говорят, что Путин поссорился с Западом, чего-то там ему показал. А проблема в том, что Запад в результате поссорился с Россией и больше ее знать не хочет.
Раньше она была страной, вырвавшейся из совка, несколько дегенеративной, как и все такие, но имеющей преференции из-за тяжелого детства. Нам был открыт доступ к технологиям, на многие нарушения (в частности, авторского права) смотрели сквозь пальцы.
А теперь фсьо. Не будет преференций, даже если Путин умрет и извинится, попутно вернув Крым и лично заборов Асада.
А сами мы, кхе... не очень умеем.

Я что-то не видел митингов против засилья фальсификатов, именуемого импортозамещением. При том, что рядом есть товары дешевле и качественней, только пусти! Значит, народу нра сама идея жрать говно во имя чего-то там. Нет, даже не так. Нравится идея, что раз заставляют жрать говно, то это во имя. Чего-то там. В борьбе за это.